Ситуация действительно крайне сложная

    • Интервью - 02 Октября 2016, 18:13
Собеседник Lragir.am – экономист Ашот Егиазарян.

Господин Егиазарян, новое правительство утвердило проект государственного бюджета, по которому расходы сокращаются на 100 млрд. драмов. В качестве причин отмечается повышение уровня дефицита и внешнего долга. Что происходит?

Дефицит означает, что расходы намного превышают доходы, то есть государство позволяет себе расходы, надеясь покрыть дефицит за счет привлечения внешнего долга. Сейчас ситуация такова, что с одной стороны, есть риски по собираемости налогов, поскольку экономическая ситуация, мягко говоря, неблагоприятна, темпы роста замедлены, а с другой есть риски по части отсутствия экономического прироста. Это в свою очередь означает сокращение налоговых сборов. С другой стороны, вырос уровень долга, и его обслуживание стоит бюджету довольно дорого. Во избежание дальнейших проблем и наращивания внешнего долга принято решение сократить расходы.

Но есть и другое обстоятельство, которое следует учесть – проект бюджета на 2017 год предусматривает рост доходов. Проблема в том, что организации, выдающие кредиты действительно на обеспечение налогово-кредитной устойчивости, оценивают риски. Если государство не в состоянии каждый год наращивать объемы облагаемых налогами доходов, значит, могут возникнуть проблемы с погашением кредитов. Поэтому таким государствам с трудом выдают кредиты или вообще не выдают. Эта проблема является особенностью нынешнего бюджета. Мы не знаем, что будет потом, помогут ли эти 100 млрд., смогут ли собрать налоги. Возможно, нам придется столкнуться с другими рисками, то есть, 100 млрд. еще не означает стабильности.

Стало известно, что долг к концу года составит 54% к ВВП. Почему нынешнее правительство, в отличие от прежнего, это беспокоит?

Дело в том, что если б у нас был прирост ВВП, удельный вес долга был бы не так велик, чтобы его нельзя было покрыть. Но поскольку пророст ВВП замедлился, сокращаются и бюджетные доходы, и в этих условиях обслуживание долга крайне затрудняется. В другой стороны, долг в прежние годы, все же, способствовал росту ВВП. И если сократить долг, возможно, снизится и ВВП. То есть, с одной стороны нет долга, обеспечивающего прирост ВВП, с другой снизилось потребление, которое также является фактором наращивания ВВП, сократились также инвестиции. Так что, нет позитивного воздействия на ВВП.

Но разве привлекавшиеся долги использовались целенаправленно на прирост ВВП?  

Долг сам по себе значит вток в страну определенной суммы, что уже обеспечивает прирост ВВП. Другое дело, что масштабы прироста и цели, на которые расходовался долг, не сыграли позитивной роли для развития страны. Долг может в краткосрочной перспективе обеспечить прирост, который, однако, на следующий год не мультиплицируется.

Считаете ли вы возможным секвестр бюджета в будущем году?

Я ничего не исключаю, потому что от прироста ВВП зависит, обеспечат ли налоговые выплаты. Потребление снизилось, инвестиции тоже, а долг вырос. То есть, риски есть.

В любом случае, сокращение бюджетных расходов – уже вынужденная мера. Это непопулярное решение, в преддверии выборов. Это значит, что ситуация действительно сложная. 

Самое читаемое