Геополитическая роль Центральной Азии

    • Комментарии - 01 Декабря 2016, 11:30
Евразийские «Балканы» (по З.Бжезинскому) приобретают новые очертания и внутреннее содержание. Это связано с приобретением внешней политикой США все более черт традиционной британской политики. От контроля над обширными регионами акценты перемещаются на геополитические точки, а теперь уже - на усиление противоречий внутрирегиональных субъектов.

Данная стратегия также имеет пространственные и временные ограничения и свою геополитическую логику, но работает безотказно и обеспечивает эффективность политики в динамике, на различных этапах.

Центральная Азия рассматривалась и Россией, и США, а возможно, и Индией как обширная территория, где предстоит стратегическое парирование экспансии Китая. США на определенном этапе поняли безопасность какой-либо российской стратегии в регионе и предпочли сосредоточиться на Китае, пытаясь обнаружить противодействующие ресурсы.

Первым отпала российская, а второй – индийская версия. В настоящее время уже ни у кого не вызывает сомнений, что Китай является и будет на протяжении всего 21 века доминирующей силой в Центральной Азии, прежде всего, в геоэкономическом смысле.

Подавляющая часть нефтяных и газовых ресурсов, а также цветных, черных и легирующих металлов будет направлена на удовлетворение потребностей Китая. То же самое ожидает ресурсы хлопка, шерсти и отчасти зерновых. Возможно, в ближайшие 20 лет в странах Центральной Азии будет проживать несколько миллионов китайцев, что приведет к мощному политическую влиянию.

Наряду с пятью государствами советской Средней Азии, влияние и присутствие Китая нарастает и в Афганистане. США ослабили присутствие и, видимо, постепенно свернут его до минимума в этом регионе, предоставляя Китаю возможность столкнуться со всеми соседними государствами – Россией, Индией, Пакистаном, Ираном и Турцией.

Эта многогранная стратегия, так или иначе, приведет к заинтересованности всех государств региона и соседних с ним государств, к стремлению апелляции к США. Если даже США не станут играть в регионе сильную операционную роль, они могли бы стать «дирижером» всей долговременной ситуации.

В Вашингтоне длительное время не понимали, как рассматривать и относиться к ШОС, но в рамках данной стратегии соответствующим образом решается и вопрос с ШОС. Предусматривается, что Россия окажется в зависимости от Китая, и большая часть ее сил и ресурсов будет направлена на сдерживание экспансии восточного соседа.

Одновременно, Китай будет заинтересован в стабильности и безопасности в странах Центральной Азии, включая Афганистан, а также и Пакистан. Это станет предметом усиление внимания Китая и потребует от него значительных затрат на сдерживание исламского радикализма. Прежде всего, в этом направлении главными проблемами Китая станут не Индия или Россия, а Афганистан и Пакистан.

Тем временем США попытаются завершить создание в Юго-Восточной Азии и на Дальнем Востоке «пояса» глобального сдерживания натиска Китая, с участием государства данных регионов. Ресурсы Центральной Азии, по существу, не нужны США. Имелись мысли относительно ресурсов урана в Узбекистане, Таджикистане и в других странах региона, которые по объему уступают только Австралии. Но, видимо, и этот ресурс представляется чрезмерно затратным в части добычи и доставки.

Но, возможно, США сумеют договориться с Китаем и государствами региона об использовании данных ресурсов, а может быть, эти договоренности уже имеются, в обмен на что Китай становится главным потребителем нефтяных и газовых ресурсов региона.

Использование энергетических ресурсов Центральной Азии в Европе, с точки зрения США, не имеет смысла, так как данные энергокоммуникации пролягут через территории Каспийского моря, Ирана и Турции, что приведет к их уязвимости и усилит зависимость Европы от определенных государств.

В настоящее время уже выявляются противоречия между Ираном и Китаем по поводу влияния в Таджикистане, который Иран рассматривает как часть иранского мира.

США не удается вовлечь Турцию в игры в Центральной Азии, так как Анкара уже «обожглась» на этом регионе и не дождется поддержки США. Играть в эту региональную игру вполне самостоятельно Турция не заинтересована, не имеет ресурсов и опасается.

Но более важным «призом» за данные уступки Китаю является вовлечение России в новые раунды бойни в Центральной Азии, начиная с Афганистана. Россия дважды не поддалась этим планам, но не исключено, что ей придется непосредственно вмешаться в ответ на новые вызовы со стороны исламского радикализма. Вполне понятно, что нынешний режим в Афганистане исчезнет, и на смену ему придут новые радикальные группы, которые продолжают называть себя знакомыми именами и ярлыками.

В связи с этой перспективой иначе может рассматриваться место и роль Южного Кавказа, который все более приобретает значение как часть «пояса» безопасности Евро-Атлантического сообщества. Главным вопросом станет следующим – предпочтут ли НАТО и США более вовлечь страны Южного Кавказа в глобальную систему безопасности, придавая им большую роль в качестве обороны Западного сообщества, или же станут рассматривать как буферные страны, с которыми нет обязывающих отношений?

Вместе с тем, не исключается, что Китай, не дожидаясь завершения своей программы-минимум в Центральной Азии, приступит к усилению своего присутствия в Южном Кавказе, как в плане коммуникаций, так и сотрудничества в сфере обороны и безопасности.

Нужно отметить, что имеются признаки того, что Китай не заинтересован в усилении позиций России в Южном Кавказе (как и в Центральной Азии). Это существенно корректирует всю стратегическую перспективу в регионе.

Самое читаемое