Европейская мечта

    • Комментарии - 14 Октября 2016, 09:58
Американская мечта вывела провинциальную страну на передний край мировой политики и экономики, об этом же мечтала и Европа, так как поняла, что если отсутствует «мечта», ей на смену приходит радикальный социализм.

После скандала, связанного, с так называемым выходом Великобритании из Европейского союза, что останется британской мечтой, Европа довольно быстро пришла в себя, понимая, что британские интересы всегда были особыми. Сейчас европейцы вернулись с большим энтузиазмом к идее европейских вооруженных сил, которые якобы были созданы в далеком прошлом под видом Западноевропейского союза, но наиболее серьезная попытка предпринималась в 1999 году, по инициативе Франции и в какой-то мере Германии.

В тот период Великобритания занимала критичную позицию, настаивала, что заменить НАТО невозможно, что привело к подписанию в Сент-Мало франко-британского соглашения об основах Европейских вооруженных сил.

Мне пришлось в конце 90-х годах заниматься исследованиями по проблеме Европейских вооруженных сил в тинк-тэнках Великобритании и Франции, что привело к пониманию того, кто в такие моменты управляет Европой. Тогда большое значение сыграли не те политики в Великобритании или в Германии, которые без энтузиазма отнеслись к данной идее, а европейские политические «клубы», которые были единодушны в одном – «время не пришло».

Сейчас можно с уверенностью утверждать, что Великобритания приняла вовсе не самостоятельное решение, а была поддержана европейскими «клубами». Эти клубы ни в коей мере нельзя назвать европейским истеблишментом. Во-первых, европейского истеблишмента в данном понимании не существует. Во-вторых, помимо истеблишмента в Европе существуют и другие, гораздо более влиятельные политические группы. (Например, блокированием международного признания геноцида 1915 года занимались ранее именно они). В недрах данных «клубов» разработан ряд направлений развития Европы без формального участия Великобритании.

Рассмотрим эти направления.

Прежде всего, нужно сказать, что, если 17 лет назад США выступали категорически против создания Европейских вооруженных сил, то сейчас позиция США заметно изменилась. США допускают развертывание этой идеи, если будут гарантированы интересы НАТО и интересы США в Европе. Видимо, данная «новая» военная структура будет тесно интегрирована в НАТО и будет выполнять локальные региональные задачи.

Континентальные европейцы в какой-то мере обрадованы тому, что британцы захотели покинуть их, но понимают, что этого таки не произойдет. Европейцы уже пытаются заменить Великобританию Италией. Лидеры Италии уже участвовали в саммитах Европы, вместе с Францией и Германией.

Конечно, в этой тройке Великобритания не заменима Италией, но все же, они пытаются продемонстрировать это. Этим самым они хотели бы доказать, что время Великобритании ушло. Это время действительно сильно изменилось. Поняв это, а именно то, что британцы не в состоянии более спорить с Германией на европейской арене, они предпочли более не поддерживать немцев или французов, а оказывать влияние на Европу из-за канала.

Как это будет происходить, пока сказать трудно, но, скорее всего, роль Великобритании будет подчеркиваться в большей мере, чем теперь. Видимо, с американцами это уже обсуждено. Во всяком случае экономические вопросы имеют здесь третьестепенное значение.

Демонстративный уход Великобритании из Евросоюза стал очевидным условием усиления не европейской идеи, а атлантического проекта, то есть, Франция и Германия в большей мере должны будут усилить роль НАТО и отметить новых политических деятелей. Возможно, к власти придет Н.Саркози, а в Германии христианские демократы поменяют лидера. То есть, НАТО будет европеизировано, возникнут новые приоритеты.

Бывшие адвокаты России поняли, что им придется усилить Восточный фронт НАТО и оказать противостояние русской экспансии.

Многое изменится в позиции европейцев в отношении Турции. Хотя Великобритания стала менять свои взгляды и более не декларирует необходимость приема Турции в Евросоюз, все-таки, много лет британцы проводили политику интеграции Турции с Евросоюзом. Теперь Турция утратила последние надежды на вступление в Евросоюз.

Германия и Франция стали решающими государствами по этому вопросу. Британцы пытались перенести центр тяжести Евросоюза намного восточнее, тем самым ослабив франко-германский тандем. С этой идеей придется распрощаться.

Перед Германией стоит новая задача – защитить страны Балтии и Украину от нашествия русских. Без осуществления данной задачи Германия не может надеяться на новую политическую роль – лидера Европы. Франция с некоторым опозданием, вследствие политики социалистической партии, вынуждена присоединиться к задачам Германии.

Англо-саксонские державы весьма расположены к этой грманской задаче, но, вместе с тем, Великобритания остается недовольна усилением Германии. Британцы понимают, что европейская игра переиграна, и возникли новые балансы сил.

Возникла новая европейская держава – Польша, которая, несомненно, заинтересована в тесных отношениях с Германией и постарается не допустить какого-либо сближения Германии и России. Эта проблема стоит не только перед Польшей, но и перед скандинавскими странами, которые уже более чем тесно интегрированы с НАТО.

Континентальные европейцы постараются примирить Сербию с ее соседями. От этого будет зависеть позиция Евросоюза на Балканах.

В какой-то мере ослабнет политика Евросоюза в арабском мире, что очевидно вне участия Великобритании. В какой-то мере могут возникнуть конкурентные моменты между континентальными европейцами и Великобританией в отношении Ирана и в Персидском заливе.

Конечно, более всего нашего читателя интересуют политические приоритеты Евросоюза в отношении Южного Кавказа. Вроде бы, этот регион нужно воспринимать аналогично арабскому миру. Но Южный Кавказ стал для европейцев не только коммуникационным пространством, в связи с интересами в Иране и в Центральной Азии, но и в Китае.

Дело в том, что значение Южного Кавказа для Евросоюза будет диктоваться интересами НАТО. Для НАТО этот регион стал важным фактором пространственной безопасности для Европы, а также в связи с более широкими интересами во внешней политике США.