Азербайджано-грузинские отношения

    • Комментарии - 16 Сентября 2016, 15:41
Азербайджано-грузинские отношения все более становятся частью турецкой стратегии в Южном Кавказе. Геоэкономические и сопутствующие им политические отношения включают не только Азербайджан и Грузию, но и Турцию, которая играет ключевую роль в развертывании данных проектов. Без активного участия Турции в обсуждении и продвижении этих проектов их реализация стала бы невозможной.

Турция рассматривает Грузию как своего подчиненного партнера и геополитический «мост» в развитии своей стратегии. До недавнего времени политика Турции в отношении Грузии была корректной и сдержанной, так как было непонятно, к чему приведет политика США в Южном Кавказе и насколько США смогут и пожелают отстаивать турецкие интересы. Однако, завершение основной части плана сооружения энерго-коммуникаций, так же, как по части азербайджанско-грузинских отношений, заметно повлияли на политику Турции в отношении Грузии.

Грузия в свое время воспрепятствовала утверждению турецкого преимущественного влияния в регионе Батумского транспортного узла, ограничившись лишь передачей Турции в аренду Батумского аэропорта и некоторых территорий в городе. Грузия дала понять, что не считает целесообразным участие Турции в различных тендерах на строительство и в приватизации объектов энергетики и горнорудной промышленности.

Грузинская интеллигенция выступала против развития в Грузии сети турецких культурно-образовательных учреждений. Органы национальной безопасности провели мероприятия по исключению из административных структур чиновников, выполняющих функции протурецких лоббистов, что особенно касалось регионов Квемо-Картли и Аджарии.

Однако главной проблемой в турецко-грузинских отношениях было нежелание Грузии репатриировать многочисленное турецкое население в провинцию Самцхе-Месхетию (около 240 – 420 тысяч человек). Это обстоятельство в особенности ущемляет интересы Турции, которая проектирует и инициирует политическую активность тюркоязычных и иных этносов, находящихся в сфере турецкого влияния по внешнему «поясу» турецких границ, в целях реализовать доктрину неоосманизма. Турция не получила должной поддержки ни США, ни Европейского Союза.

Грузия ощущает опасность попадания под сильное влияние турецко-азербайджанского альянса, но вынуждена идти в этом направлении, так как у нее отсутствуют иные способы решения проблем экономики и энергетики. Данное влияние Турции и Азербайджана, наряду с необходимостью получения дополнительных доходов, стало фактором поиска альтернативных направлений экономического сотрудничества в регионе.

Выясняется, что атлантические державы, несмотря на мощное политическое и экономическое присутствие, не в состоянии решить проблемы государств региона, у которых сложились напряженные отношения с соседями, особенно с более крупными соседями.

В настоящее время, когда конфронтация Грузии с Россией достигла столь высокого уровня, задача безопасности в отношениях с Турции и Азербайджана стала актуальной, и власти Грузии уделяют этому возрастающее внимание. Данная проблема во многом усиливается, в связи с известным ухудшением турецко-американских отношений, а также с практическим «закрытием» европейской перспективы для Турции.

Осенью 2006 года Турция заявляла, что в случае выяснения отсутствия для нее европейской перспективы она пересмотрит или вообще откажется от обязательств по проведению сдержанной и умеренной политики в Южном Кавказе и на Балканах, которые имеют место между Турцией и Европейским Союзом и США. Однако, Грузия пока не имеет определенных альтернативных проектов и не может отказаться от перспективы подпадания под влияние и, практически, зависимость от турецко-азербайджанского альянса.

Грузинских политиков и аналитиков волнует также перспектива укрепления турецко-российских отношений, которые базируются не только на геоэкономических проектах, но и на взаимных интересах в части противостояния американской политике в Черном море, на Кавказе и в Центральной Азии. Турецко-российский альянс может стать неприятным обстоятельством для грузинской политики на достаточно длительную перспективу.

После длительного периода отрицания возможности интеграции Грузии в НАТО, Турция, на пике конфронтации с Россией, стала поддерживать грузинские планы, в направлении НАТО. 2015 год стал весьма существенным в развитии турецко-грузинских отношений, и в Анкаре поняли, что поддержка Грузии не грозит уменьшением турецкого влияния в регионе и в Черном море.

Грузия стала константой во внешней политике Турции, и всевозможные местные проблемы не отразятся на данных отношениях. Азербайджан не может не отреагировать позитивным образом на отношения Турция – Грузия. Грузия в 2016 году заключила договор с Турцией и Азербайджаном по поводу тесного военно-политического сотрудничества.

НАТО никак не отреагировала на это явление, потому что НАТО не заинтересована в возникновении новых альянсов вне своих структур. США очень незначительно отреагировали на это, но весьма неопределенным образом.

Турция и Азербайджан в значительной мере оказались в международной изоляции, и блочные договора с соседними странами весьма импонируют им. При этом, Грузия заявила, что Армения не явяется ее стратегическим партнером.

Рассмотрение этого вопроса приводит к мысли, что на данном этапе Грузия и Армения не могут быть в тесных военно-политических отношениях, так как для Грузии Армения – вассал России. Ни НАТО, ни США не могут настаивать на сближении Грузии и Армении, исходя из тех же оснований.

Нельзя принудить Грузию иметь тесные отношения со страной, которая находится в чудовищной зависимости от России. В действительности Грузия имеет значительное недоверие к Турции и Азербайджану, даже в условиях тесных отношений с НАТО и США.

Но данные договорные отношения с Турцией и Азербайджаном приводят к усилению позиций Грузии в ее конфронтации с Россией.